Я НЕ СМОГУ ЗАБЫТЬ

17 апреля 2014 9:22
Я НЕ СМОГУ ЗАБЫТЬ

«Истоки "Окончательного решения еврейского вопроса", плана нацистов по уничтожению еврейского народа, остаются неясными. Все же геноцид явился кульминацией десятилетнего нацистского режима, возглавляемого Адольфом Гитлером. После прихода нацистской партии к власти расцвел поощряемый государством расизм. С приходом Второй мировой войны антиеврейская политика переросла в полноценный план по концентрации и постепенному уничтожению европейских евреев». – HOLOCAUST ENCYCLOPEDIA.

 

Помимо удушения газом, евреи погибали от расстрелов, периодических погромов, от заболеваний и голода. В общей сложности было уничтожено около шести миллионов евреев — двух третей их европейской общины. Среди выживших есть и те, кто не боится вспоминать, не боится говорить. Такой стала и Людмила Александровна Волошина. Она рассказала свою историю всему миру. Сейчас Людмила Александровна живет в Москве и активно участвует в работе общества бывших узников. 

Из воспоминаний Людмилы Волошиной: «Вначале войны мне было 15 лет. Тогда я жила в Донецке с родителями и четырехлетним сыном старшей сестры. Две мои старшие сестры и брат были на фронте. Отец считал, что немцы, как культурная нация не будет убивать невоюющих людей, а то, о чем, сообщали газеты и радио, он считал пропагандой. Его глаза раскрылись, когда мой родной дядя выбрался из-под трупов расстрелянных немцами людей. Но было уже поздно, и зимой 1941 г. мы оказались в оккупации. Немцы пометили всех евреев шестиконечной звездой, из города никого не выпускали без пропуска, начался голод. Родители не могли выходить за продуктами, и я, в детстве не похожая на еврейку, уходила с соседями с саночками в деревни менять вещи на еду. Во время одного из походов я отморозила руки и ноги. Родители не выдержали, пошли сами за продуктами.

Через два дня они вернулись, у мамы – выбиты зубы и вырваны волосы. Делать было нечего, меня закутали в большой платок и снова направили с соседями в деревню. Когда мы возвращались, нас встретила мама подруги и сказала, что нам нельзя идти домой – родителей с маленьким племянником расстреляли, дом забит досками, ее разыскивают. Эта благородная женщина взяла меня к себе и, через несколько дней, по чужому студенческому билету на имя Максимовой, вывела из города. По дороге меня задержала полиция, били, допытывались, кто такая, откуда. Я твердила, что жила в детдоме, который эвакуировался. Тогда меня сдали в жандармерию, месяц я была в тюрьме.

Меня посадили в состав с женщинами, которых отправляли в Германию. Сначала я работала на заводе, а потом за саботаж была арестована и посажена в тюрьму на Александрплац. Оттуда меня перевели в женский концлагерь Равенсбрюк на каторжный труд в подземном заводе. Жестокие эсэсовки по любому поводу пускали в ход резиновые палки, избивали до полусмерти. Нас поднимали в четыре утра, долго простаивали на аппельплаце, где нас вместе с выносимыми умершими считали. Я до сих пор благодарю мадам Жюли, профессора и участницу сопротивления, которая научила нас незаметно расслабляться и даже незаметно двигаться при долгих стояниях. С приближением фронта 30 апреля 1945 г. всех, кто еще мог двигаться, повели по дороге, справедливо названой ими дорогой смерти. На ней остались, не дожив одного дня до освобождения, много подруг. Когда колонна остановилась на ночь в цехах какого-то завода, мадам Жюли, предложила группе девушек спрятаться. Мы спрятались на чердаке завода и в страхе слушали, как эсэсовцы громко оповещали – кто не выйдет, будет найден и расстрелян. К счастью, нас не нашли, колонна ушла. Далее мы прятались в воронках на поле, а потом в бункере. Утром мы услышали крики, чтоб выходили. Но не выходили, опасаясь предательства, пока не услышали русскую речь, сомнения не было, это наши солдаты. Мы упали на колени и целовали им сапоги. Это было 1 мая 1945 г».

(По материалам из сетевого журнала «Заметки по еврейской истории». Автор: Семен Додик) 

Смотрите также

Проект начат телеканалом "Интер" в марте 2014 года. Партнеры проекта: